Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Эй!

Новая книга, дорогие читатели


После перерыва длиной почти 85 лет вновь вышла на русском языке книга о последней экспедиции Руала Амундсена. Это дневник-отчёт трансполярного перелёта на дирижабле Norge, который состоялся в мае 1926 года. Компанию великому норвежцу составили американский спонсор Линкольн Элсуорт и итальянец Умберто Нобиле, воздухоплаватель и создатель дирижабля.

Аэронавтам понадобилось 72 часа, чтобы пересечь Северный Ледовитый океан от Шпицбергена до Аляски. Выяснилось, что на макушке планеты нет ни открытого моря с огромным вулканом посередине, ни гигантской дыры, ведущей внутрь пустотелого земного шара, а между полюсом и северным побережьем Америки путешественники не обнаружили мифической Земли Харриса. За эти трое суток Арктика лишилась нескольких загадок и... части таинственного очарования.

Большая вступительная статья рассказывает о мало- и вовсе неизвестных фактах истории арктического воздухоплавания, а также о скрытых пружинах, заставивших Амундсена бросить шхуну "Мод" и лихорадочно спешить, предпринимая рискованные попытки выполнить трансполярный перелёт. Возможно, впервые на русском языке речь идёт о том, как арктическая экспедиция оказалась в заложниках у большой политики, и почему смертельно рассорились великий путешественник и выдающийся инженер-аэронавт – Амундсен и Нобиле.

Налетаем, покупаем (в честь Дня полярника до 31 мая серьёзные скидки и льготы по доставке). Тираж весьма ограничен. Картинка = ссылка, ведущая в интернет-магазин достопочтенного издательства "Паулсен".





[Про предыдущую книжку: Девятьсот часов неба. Неизвестная история дирижабля «СССР-В6» (она, увы, распродана)]

Про предыдущую книжку: "Девятьсот часов неба. Неизвестная история дирижабля «СССР-В6»" (она, увы, распродана).

Содержание и именной указатель книги дают представление о хронологических и предметных рамках повествования.


cover_900h_mini — копия














Ahabal

Сибирская сторонка


"Только бы меня там подождали, я под Называевском сейчас". Наши места.




Это же Матвеенко и ещё один перец из той же команды! Как в тех видосах, где качки гримируются в дедов и всех разводят на улице. То ж само: лавочка, спортивный костюмчик, пакеты эти.

Ahabal

Говорят, жили тут однаджы такие


Под русские песни показывают уже какие-то чукчанские костюмы, какие-то туземные танцы.


Безымянный33

"В древние времена, сказывают, жили тут какие-то рюсские. Но потом пришли исконные владельцы этих земель: таджики, узбеки, чечены. А рюсские теперь в этнографическом музее обитают. Купите, мадам, билет – и послушайте это старинное русское "курлы-мурлы"".

Ahabal

Красавцы какие!


Кто на чём умеет (талантлив народ, даже истреблённый на 4/5) – на скрипке, на саксофоне, на стиральной доске.





Как тут не вспомнить Сашу? "На полене сучьем, на своих костях".

Сядем рядом, ляжем ближе,
Да прижмёмся рваными заплатами к дырявому мешку.
Строгим ладом — тише, тише
Мы переберём все струны да по зёр-ныш-ку.

Перегудом, перебором —
Да я за разговорами не разберусь: где Русь, где грусть?
Нас забудут, да не скоро!
А когда забудут, я опять вернусь.

Будет время — я напомню,
Как всё было скроено, да всё опять перекрою.
Только верь мне, только пой мне,
Только пой мне, милая — я подпою.

Нить, как волос. Жить, как колос:
Размолотит колос в дух и прах один цепной удар.
Да я всё знаю! — Дай мне голос,
И я любой удар приму, как твой великий дар.

Тот, кто рубит сам дорогу, —
Не кузнец, не плотник ты, да всё одно — поэт.
Тот, кто любит, да не к сроку, —
Тот, кто исповедует, да сам того не ве-да-ет.

А я в ударе: жмут ладони,
Всё хлопочут бедные, да где ж им удержать зерно в горстях?
На гитаре, на гармони,
На полене сучьем, на своих костях.

Злом да лаской, да грехами —
Растяни меня ты, растяни, как буйные меха!
Пропадаю с потрохами,
А куда мне, к лешему, потроха...

Но завтра — утро. Всё сначала:
Заплетать на тонких пяльцах недотрогу-нить,
Чтоб кому-то, кому-то полегчало,
Да разреши — пожалуй, я сумел бы всё на пальцах объяснить.

Тем, кто мукой — да не мукою —
Все приметы засыпает, засыпает на ходу, —
Слёзы с луком. Ведь подать рукою —
И погладишь в небе свою заново рождённую звезду.

Ту, что рядом, ту, что выше,
Чем на колокольне звонкой звон. Да где он? — Всё темно.
Ясным взглядом — ближе, ближе...
Глянь в окно: да вот оно рассыпано, твоё зерно!

Выше окон, выше крыши.
Ну, чего ты ждёшь? Иди смелей, бери ещё, ещё!
Что, высоко? Ближе, ближе —
Ну вот ещё теплей — ты чувствуешь, как горячо?!


Полегчало, Саша, спасибо! Если бы ты знал, КАК полегчало. Увидимся позже.

Ahabal

Ivan Rebroff - Вечерний звон (Abendglocken) 2002

Ahabal

Многонационалия по версии Гугла


Гигантская Бубнистка, Распальцованный Джигит, Дурочка Маруся, чудовищный мегацефал Пила-с-Гармошкой и какие-то придурки по краям. Дивно.


Безымянный


А в парке меж тем начали крутить громкую музыку. Любой праздник у них сводится к репродуктору. До вечера будут гадить в воздух.

Ahabal

Главная новость в День России


Давно уже живём в Совке. Просто декорации зеркально перевёрнуты: раньше были животноводство и всесоюзный смотр песни и пляски, теперь вот это вот. Теперь даже намного круче: отрыв от реальности абсолютный.

Незаметно как всё произошло! Никто не удивляется, не замечает.


57C83EE3-D55F-431F-B798-499523A2675D

Ahabal

Умерли оба

– А помните, Шура, мы однажды вели "Физтех–песню"? Вы стояли здесь, я здесь, вы несли какую–то чушь...
– И вы тоже. Помните эту дурацкую шутку: "Славен человек трудом, а красен носом". (Если не смеются, то: "Видите, даже никто не смеется").
– А вот эту идиотскую шутку: "Уступайте дорогу инвалидам, престарелым и паровозам..." Бред какой–то...

– И все это вместе – это смешное и невероятное целое: Московский физико–технический институт.

Саша Кондратьев и Саша Чилингир.